Ислам Ханипаев: «…монтирую абзацы, чтобы читатель видел на страницах книги настоящее кино»

Возможно, это что-то подсознательное. За последние годы я много ездил по стране, видел самые разные картины в национальных регионах, но мыслями я все равно возвращаюсь к тому, что происходит в Дагестане. Как автор я просто пытаюсь закрыть в одной комнатушке непохожих друг на друга людей. И выпущу я их оттуда либо когда один убьёт другого, либо когда они поймут истину: люди разные и должны учиться понимать друг друга.

Написать книгу за месяц — значит подвергнуть себя огромному стрессу. Лучше так не делать. Лучше быть мастером вроде Алексея Иванова и писать в течение года — чисто и аккуратно, чем, как я, писать как сумасшедший, а потом пару месяцев приходить в себя. Каждый писательский день я выхожу, как на войну, с намерением написать хотя бы 2500 слов. В среднем получается около 3000. Нехитрая математика приводит к тому, что роман за месяц написать реально. Вопрос только в качестве.

3. Вы пришли в литературу из кино. Чем для вас кино и литература похожи, а чем принципиально отличаются?

Принципиальное отличие чисто техническое: в сценарии — только диалоги, действия, звук и картинка. В литературе — полный словарный запас. Меня (надеюсь) отличает то, что я написал кучу сценариев, провёл сотни часов за монтажом и теперь пытаюсь перенести язык кино в литературу: буквально монтирую абзацы, чтобы читатель видел на страницах книги настоящее кино. Сходство простое: и в литературе, и в кино ты пытаешься рассказать историю и сделать это настолько хорошо, насколько позволяет инструментарий.

4. Вы пишете в двух форматах — сценарии и проза. Что для вас сложнее и почему?

С момента моего издания моей первой книги не писал сценарии. Но недавно попробовал написать первую серию для сериала по моей книге, чтобы проверить и понять, доступен ли мне ещё язык сценария. Оказалось, доступен. Если честно, оба формата мне кажутся лёгкими для работы.

5. Герои многих ваших книг — подростки или молодые люди. Интересно ли вам будет написать книгу о взрослом?

Это моё внутреннее: я до сих пор ощущаю себя комфортнее в жанре Young Adult. Если спросите супругу, она скажет, что я ещё ребёнок. Хотя моя самая новая книга «Буря и Чудной отряд» — о шестидесятилетнем царе. Также у меня есть книга о девушке немногим за тридцать. Придётся признать: я взрослею.

6. Вы говорили, что «южная проза» сейчас становится заметнее. Согласны ли вы, что региональная литература переживает новый расцвет?

Когда появился я, а за мной — Рагим Джафаров и Катя Манойло, у меня было такое ощущение. Я думал, это новый тренд. Тренд вроде есть, но он скорее про региональную хтонь, сказки с хоррор-элементами — «Чёрная изба», «Пятно», «Лес», «Саспыга». Именно национального — исследования идентичности, презентации культуры и быта, религиозных особенностей —много не стало вопреки моим надеждам. Многое прячется в жанровые истории, что тоже неплохо, но, кажется, в поле «глубокой мысли» национальных текстов, добившихся широкого признания, практически нет.

7. Бывает, что вы пишете сцену и думаете: «Это не для книги, это для кино»? Как решаете, куда что пойдёт?

Нет, не бывает. Я о кино совсем не думаю. Даже в переговорах с киностудиями не настаиваю на своём участии. Я всё больше в литературе, и мне тут нравится. Здесь есть ощущение полного контроля над произведением. Я вкладываю в него всего себя. И, как следствие, за финальный результат отвечаю только я. Мне такая ответственность нравится. Особенно ценно, что всё это в формате художественной прозы.

8. Кто из современных авторов вас удивляет или вдохновляет?

Про удивление — пожалуй, никто, так как авторы наши довольно традиционны и в сюжетах, и в идеях. Вдохновляет меня всегда успех хорошей книги. В особенности — Алексей Иванов. Мне нравятся не каждая его книга, но видеть пример успешного и активно экранизируемого автора, который стабильно выдает качественный текст — это почти УТП (уникальное торговое предложение). Таких авторов единицы. Я человек простой: если вижу, что кто-то достиг успеха своими силами, я чувствую, что могу хотя бы попробовать, что это достижимо.

9. Что посоветуете начинающему писателю из региона, который хочет быть услышанным в Москве?

Прямо сейчас все дороги открыты, и понятия «регион» в отрицательном смысле нет. Наоборот, уникальный голос, мотивы — это то, что вас выделяет. Задача в том, чтобы рассказать свою региональную историю так, чтобы она захватила каждого. Я на 100% уверен, что львиная доля моего успеха — это то, как я преподнёс Дагестан и через него показал свою способность рассказывать любые истории. Литературные премии — сложный, но доступный путь. Есть и площадки самиздата, с каждым годом забирающие всё больше аудитории. Ещё один лайфхак: пишите классную книгу, знакомьтесь с издателями и редакторами на книжных ивентах или в социальных сетях. Личные знакомства — это ваш главный инструмент в продвижении творчества. В девяти случаях из десяти талантливый автор получает помощь от издательства.

10. Как вы понимаете, что текст готов? Что для вас финальная точка?

Понятия «текст готов» не бывает. У меня уж точно. В литературе опасно болеть перфекционизмом. Можно погубить текст, высушив его до холодных формулировок, или сделать его отталкивающим для обычного читателя из-за чувства собственного невероятного стиля. Существует много способов погубить отличную историю в попытках довести её до идеала. Я дописываю текст и в следующие полгода два-три раза перечитываю его. И где-то там ощущаю, что можно уже показывать, потому что не стыдно. Но правильного момента не будет никогда — вы всегда найдёте что переписать. Даже в уже изданной книге на любой странице вы найдёте слабое место.

11. Что бы вы сказали себе 10-летнему?

Бро, мне жаль. Эта жизнь много раз переедет тебя поездом, но ты со всем справишься, потому что ни разу не произойдёт такого, чтобы это тебя сломило. Таков твой путь, Исламчик.

12. Назовите топ-5 ваших любимых книг.

• «Как писать книги» — Стивен Кинг;
• «Марсианин» — Энди Вейер;
• «Мартин Иден» — Джек Лондон;
• «Игра престолов» — Джордж Мартин;
• «Голос монстра» — Патрик Несс.

Текст: Полина Винник, Александра Юсупова
Фото: личный архив автора, Екатерина Дегожская